Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 45 (146), 2014 г.



Саша ПЕТРОВ
ВЕРОЯТНОСТИ. МИНИАТЮРЫ

 

ПРИРОДА

 

Шел снег. Красная пелена застилала глаза и прятала от меня что-то важное. Что-то сокрытое.

Я не хотел знать истину. Но догадался — это смерть. Смерть?! Я услышал, как снег застонал, услышал последние мысли людей. От ужаса я закрыл глаза; а когда снова решился на взгляд, пожалел: все было прежним — шел снег.
«Почему же все красное?» — спросил я себя, и мне ответили: «Это — изнанка».
«Кто говорит?!» — закричал мой вопрос, — «Где ты?»
«Я все, чему даю существование. Я везде: вокруг тебя, в тебе», — прозвучало в моей голове.
«Ты, природа?»
«Да… природа».

Я спросил у природы: «Это был ад?»
Она ответила: «Ты видел — искусственное прошлое, люди сами его создают своей смертью».
Я подумал: «Я — умер?»
И Ее мысль зашептала среди моих мыслей: «Ты поймешь, ты поймешь, ты поймешь…»

Я вышел наружу и попал под красный снег. Снег не причинял мне вреда.
Снег успокаивал. Я находился внутри него и одновременно где-то над ним.
Я сам был этим снегом, а вокруг был — красный космос.

Удивительно? — мне нет. Природа открыла мне тайну: снег — это судьбы людей.
Мгновенные судьбы: выстрел; свинцовая пуля не спеша пробирается к твоей голове; тук… … … … … … … … … … … … … … … … … … тук — бьется сердце: мама папа и я на папиных руках с плюшевым мишкой в своих ручонках, десять лет и долгожданный велосипед, привал костер гитара, подъезд первый поцелуй волнение, тук: школа выпускной грустно, университет общага гулянка, постель дрожь в первый раз, разлука письмо отчаянье… ты хочешь уклониться от пули, тук: мишка гитара подъезд пьянка секс любовь разлука боль мама… страх? — нет, тоска — время закончилось.

Я спросил у природы: «Что есть смерть?»
«Ты говоришь с ней», — не удивила Она.
«У тебя много имен?»
«Бог, судьба, вечность… ты называешь — природой».
«Значит, все?»
«Все».

Мой гроб снаружи обшит красным бархатом. А изнутри — белым шелком. Белым, как чистый настоящий снег.

У меня лейкемия. Рак крови…

 

ЗА ДВЕРЬЮ…
 
ДВЕРЬ ПЕРВАЯ

 

Я не предсказываю будущее. Я чувствую прошлые ошибки людей. Но они ничего не знают о своих ошибках, потому что их беды еще впереди. А я не знаю, что за ошибки они совершили. Я только чувствую, что ошибки были.
Меня ненавидят безумцы, которые не поверили мне. Но многие люди стали моими друзьями — это те, что успели заглянуть в открытую дверь. Одни называют меня — оракулом прошлого. Теперь они хозяева своей судьбы. Другие обзывают — больным придурком. Говорят, что нет на свете идеального человека, и все мы совершаем ошибки.

 

*   *   *

 

Сегодня мне стукнуло много лет в три двадцать пять пополуночи. Пришла сестра, а больше никто не пришел. И я рассказал ей о людских ошибках.
Она задумалась, поздравила меня и ушла, и пообещала завтра зайти вместе с мамой. О чем она думала? Наверно, что я — придурок. А я подумал, что надо чего-нибудь выпить. И придурок выпил на брудершафт с оракулом.

 

*   *   *

 

День своего первого года рождения я почему-то запомнил. В тот день был снегопад, и снежинки падали величиною с ладонь. Я открыл дверь, посмотрел и понял: смотреть на мир невозможно.
И этот день не был ошибкой природы. Мое появление предсказывали уже давно. Только вот Нострадамус про меня забыл в своих катренах.

 

*   *   *

 

Я был оракулом прошлого. Теперь я оракул ВСЕГО.

 

*   *   *

 

Идет снег. Снежинки падают величиною с ладонь. Пока я рождаюсь, на моей могиле образуется огромный сугроб.
Я закрываю дверь, чтобы кроме меня об этом никто не знал.

 

ДВЕРЬ ВТОРАЯ

 

Каждую ночь он бродил по городу и не замечал, что вместо улиц картинные галереи.

 

*   *   *

 

Сумерки входили через окно, и его квартира начинала раскалываться на куски. В этом множестве комнат он слышал голос одинокого человека. Человек называл себя его единственным другом, с которым они потерялись прошлой ночью. И он немедленно отправлялся на поиски.

 

*   *   *

 

Ни в одном из окон не горел свет. Он подходил к дверям, но не мог постучаться — это были всего лишь рисунки.

 

*   *   *

 

Одна только дверь была настоящая — дверь его собственной квартиры.

 

ДВЕРЬ ТРЕТЬЯ

 

…дверь! Я набросился на нее, ощупал, и в ужасе отпрянул назад — дверной ручки не было. В воздухе взорвался мой голос — эхо прошагало в тишину… Снова накинулся на дверь: мои ладони забегали по ней и наткнулись на что-то крохотное. Это была замочная скважина. Меня трясло, но как-то удалось проникнуть взглядом через фигурную трещину. И в меня проникла все та же чернота, как в коридоре, по которому я шел, захлебнувшись во времени…

 

*   *   *

 

Я желаю смерти. Я желаю попасть в ад, лишь бы больше не идти по бесконечному коридору. Ни перекрестка, ни лабиринта, ни выхода…
Только черная дыра впереди вместо двери…

 

*   *   *

 

…как мне открыть эту дверь? Где искать ключ от нее? Здесь одна дорога — в обратную сторону. Значит, снова я должен пройти «вторую вечность» в поисках ключа, которого, может быть, нет? Почему я не могу просто умереть, приникнув ухом к замочной скважине?
Не хочу не пойду не могу!..

 

*   *   *

 

Он встал на ноги. Повернулся лицом к черному тоннелю и сделал шаг вперед, второй, третий…
Что-то коснулось его затылка. Он обернулся и увидел белое пятнышко на двери. Пятно тотчас исчезло, и он услышал музыку — в замке поворачивали ключ.
Дверь исчезла, и вместе с ней исчез ад, очищенный светом. И он увидел ЕГО.
И ОН позволил ему войти…

 

КАПЛИ

 

«Поговори со мной…»

Он съежился, пытаясь сделать из своей обветшалой одежды подобие домика, но теплее не становилось. А боль в груди стала только невыносимее. Даже выпитый спирт не создавал иллюзии тепла и совсем не обезболивал.

«Прошу тебя…»

Понял, что сегодня не сможет встать со своего угла у торгового центра напротив метро. Не встанет, не сможет насобирать пивных алюминиевых банок, не купит себе хлеба и спирта.

«Помоги…»

В пластиковой бутылке еще было порядком спирта. Он отпил пару глотков, нашел в кармане сигаретный окурок и спички, с трудом закурил. В голове помутнело. Попытался сдержать кашель, но боль восьмибалльными толчками сотрясла его тело.

«Так хочется верить…»

Еще глотнул из бутылки. Глаза заволокло слезами, и люди, проходящие мимо, стали похожими на капли. Он вспомнил: «мне было шесть лет, когда старший брат взял меня с собой купаться на озеро. Когда я шел по мосткам, кто-то столкнул меня в воду. Я кричал, захлебываясь водой, и видел на берегу людей, похожих на капли».

«Услышь меня…»

Вспомнил, как приехал из геологической экспедиции, и жена подала на развод. Квартиру разменяли, ему досталась комната в коммунальной общаге. В очередной экспедиции он пил запоем и помнит только, как кто-то, матерясь, поливал его из ведра водой.

«Прекрати эту боль…»

Позабыв, как пропил комнату, он помнил, как шел с озера домой, и брат признался, что это он столкнул его в воду. Только так ты сможешь научиться плавать, сказал тогда брат.

«Прошу тебя…»

Он встряхнул бутылку со спиртом и увидел в вихре пузырьков что-то знакомое. Боль отступила, он почувствовал, как магма изливается из его груди наружу. Закрыл глаза, и вихрь пузырьков стал уносить его прочь.

«Боже…»

Глаза были открыты. Я находился внутри пульсирующей сферы. Я вспомнил, кто Я. Вышел наружу и окинул взглядом бесчисленное множество похожих на капли сфер. Я вспомнил тысячи и тысячи игр, которые когда-то сыграл. Вспомнил все свои прошлые воплощения. И понял, что должен играть заново…



Яндекс.Метрика