Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 39 (191), 2015 г.



Кирилл Ковальджи: "Поэты читают стихи друг другу, читателя — нет!"

— Кирилл Владимирович, если отъехать от Москвы за сто километров, там мало остается места для поэзии. Что Вы как поэт ждете от нового поколения России, которое не читает стихи?
— Я думаю, оно освежит наш народ. Такие периоды были в нашей  истории много раз. Потребность в культуре генетична, и все возвращается. Но культура — это продукт, который, питаясь народом, реализуется элитой. Не стоит об этом забывать.
— Три года назад на ежегодном семинаре молодых литераторов, который Вы организовали в Подмосковье, Вы рассказывали мне о Вашей работе с литературной молодежью.  В то же время Вы работали над версткой новой книги стихотворений. Хотелось бы узнать, какие литературные, творческие события произошли в Вашей жизни за эти три года.
— За это время я прибавил в возрасте, но какую-то деятельность, безусловно, продолжаю, иначе скучно жить. В ЦДЛ  я веду  клуб "Открытый микрофон", придуманный Риммой Казаковой. Туда приходят люди разных возрастов, и это приносит свою пользу. Клуб работает по принципу открытых дверей.
— То есть любой поэт может прийти к Вам и свободно получить площадку для чтения своих произведений?
— Да. Нужно только посмотреть на сайте ЦДЛ дату следующего заседания клуба. Кроме того, я участвую в Фонде Филатова, с которым мы проводим ежегодный семинар молодых писателей, о котором Вы упомянули.
— Вы на правах мэтра правите их стихи, прозу?
— Нет. Зачем? Я могу человеку что-то посоветовать, но и только... Если человек претендует на собственное творчество, то он должен научиться править сам. Ведь главное в творчестве — это вкус. Если вкус не развивается, то литератор рискует остаться просто графоманом, не понимая, что лучше, а что хуже в его творчестве. Таких большинство. А когда человек сам начинает разбираться, что ему удалось, а что — нет, это признак одаренности, таланта. Потому что талант не приобретается, он дарится.
— Талант всегда хочет быть услышанным?
— Думаю, что да. Хотя бы своей девушкой. Препятствий сейчас к этому нет. Есть Интернет, и любой может им воспользоваться. В интернет-ресурсах участвует примерно полмиллиона поэтов, из которых, как Вы понимаете, большинство графоманов. Но есть сайты вполне добросовестные, где можно найти таланты. Их довольно много.
— Вы читаете стихи современных молодых поэтов?
— Да. Я получаю их ежедневно по рассылке из электронной почты, с пометкой "Год литературы". Мне присылают их  поэтические интернет-ресурсы. Первые две строчки я читаю всегда. Потому что, как говорил поэт, первую строку дает Бог. Остальное — мастерство. Еще мне дарят свои книжки поэты на вечерах поэзии.
— Это же прекрасно!
— Не думаю.  Это книжки, которые выпускают тиражом 100-200 экземпляров. Это как бумажный подарочек. Это — ничто. Книга становится книгой, если ее напечатали в издательстве, если она попала на полки библиотек и магазинов, то есть будет иметь своего читателя.
— Но в издательствах тоже публикуют молодых поэтов за их собственный счет.
— Да. Еще можно получить грант. Скажем, у нас есть грант Риммы Казаковой для молодых поэтов, который позволяет опубликовать дебютную книжку. Агентство по печати тоже дает гранты. Наконец, есть спонсоры, любители поэзии. В общем, надо вертеться.
— Мне кажется, в обществе возрождение интереса к вечерам поэзии наблюдается.
— Есть эта потребность, безусловно. Как и более полная потребность в общении. Хотя распространение поэзии становится все более затруднительным. Тут возникает парадокс. Интерес к поэзии возрастает, а читателей становится все меньше. Частенько на московских поэтических встречах  я обнаруживаю, что из 30-40 человек, которые приходят, почти все пишущие. Они читают стихи друг другу и расходятся очень довольными. Но читателя, который не пишет, редко увидишь. И это не только в Москве. Я был на фестивале в Румынии, там были поэты из 30 стран, мы читали стихи друг другу. Ни одного читателя не было. Поэзия утратила свою роль в обществе. Она стала просто духовной пищей для тех, кому это нужно. То же самое произошло и с хорошей прозой. И Россию уже нельзя назвать литературоцентричной страной. 20-30 тысяч человек на стадионе в Лужниках уже ни один поэт, что бы он ни говорил против Путина или за, не соберет. Хотя назначение поэзии не в том, чтобы собирать стадионы. А  в том, чтобы общались душа с душой. Я читаю Блока, и, когда я его читаю, он для меня жив.
— Но Вы понимаете, что мир сегодня изменился? В отношение поэзии — тем более?
— Да. Но нужно оказывать сопротивление. Бороться. Ободрять тех, кто несет в себе культуру. Я замечаю, что нынешнее поколение поэтов  не знает поэтов. Асеева, Светлова, Мартынова не знают. Знают Мандельштама, Пастернака, Цветаеву, Бродского. Ну, может быть, Заболоцкого…
— То есть литературные объединения должны опираться на какой-то литературный ликбез?
— Хотя бы на начальный слой культуры.
— А что Вас заинтересовало из современной поэзии?
— Мне Геннадий Русаков импонирует, Вера Павлова, Елена Лапшина, Наталья Полякова. Интересных поэтов много. Выдающихся нет.
— У Вас вышла новая книга — "Моя мозаика". О чем она?
— Это литературные портреты, воспоминания, рассказы, мысли… все то, чем человек живет. От низкого до высокого. Поэтому второе название книги — "По следам кентавра".

Беседовала Веста БОРОВИКОВА
В сокращенном виде интервью опубликовано в   газете "Новые известия"



Яндекс.Метрика