Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 43 (195), 2015 г.



Кароли ФЕЛЛИНГЕР
СТИХИ ИЗ НОВОЙ КНИГИ
 
Завеса из лучей света

В Семь, у знаменитого окна Арминия Вамбери



1.

Мой глаз
это камень
брошенный в дребезжащее
окно возможности

Выхода нет
жизнь покореженный
затупленный
нож

Земля проседает
усыпляет
вопрошая
мой гроб в небесах
я любопытен
как инертное
летящее мимо
небесное тело

знание дарит забвение
Отче

Я не хочу
быть его рабом



2.

Амрита Шер-Гил I

Свет теряется
на моей улице
трепещущий ветер
его обнимает

Амрита Шер-Гил II

Я встаю на середину
моей дрожащей веры
словно белая голубка
улетающая прочь



3.

In memoriam

Могила пуста
не придавай этому значения
просто представь себе что
я улетаю от самого себя

Смерть это домашнее животное
избалованная кошка
она предпочитает гоняться за мышами
а не за хот-догами



4.

Совершенство это
часть и целое
Вамбери
в Семь

Умиротворение
подобно пенистому пиву
подставка жадно
впитывает его в себя

Малыш Арминий
со свечей снова
ищет
выключатель



Мастерская

Гвозди пускают корни в стене
картины висят
уже бродя по Парижу
и не важно
если одного или двух столов
и ресторана нет
на картине что тебе так нравится

Запыленный цветок в спальне
пробивается затаив дыхание
из последних сил
движется и
пыхтит, посмотри
на одиночество горшка
ночь возвращается через окно



Рельеф

На рельефе
бетонной стены
рано постаревшая
утомленная
каменная статуя
оживает
прежде чем сойти
со своего пьедестала
она послушно
стряхивает обломки
осторожно
чтобы не дать стене
провалиться
скульптору не терпится
занять ее место



Перед картиной

мы
словно нити в паутине
словно плотная кожа
на ступнях Иуды

я снимаю картину со стены



Пять слез

Лукино Висконти:
пантера

Перья падшего ангела
дрожат в подушке
под моей головой
в пустом гробу
это чудо если
я могу молчать



Юдит Элек: Марьин день

Показывали исторический фильм
я нажал на пульт
перепутал события
история окончательно
привела себя в порядок
как это делают слепые
фильм вернулся на свое место:
можно писать стихи лишь о том
что невозможно выразить



Миклош Янчо: Светлые ветры

взгляд со стороны
подшитый мяч
свободно парит
падает в деревянные
просветы окон
глядящих пристально из щелей клеток
осколки под кроватью
комнаты пыток
становятся сентиментальными когда
калека-палач
вставляет на место один из своих
стеклянных глаз



Иржи Менцель: Поезда под особым наблюдением

он похоронил девушку
в своем разбитом сердце
с тех пор он носит галстук-бабочку
по сниженной цене
он вставляет в свою петлицу пурпурную гвоздику
никто о нем не слышал
со Дня Всех Усопших
его игла
прокалывает две дырявые пуговицы



Милош Форман: Гори, моя барышня!

кресло проглатывает сидящего
высушивает его
жирная ладонь начищает до дыр
засаленную рабочую одежду
табуретная неудовлетворенность
запах гари
мясник в деревне делает покупки
лунное затмение
пара глаз пялятся на
выступ света
округлые зады ждущих старух встречают
 — Что за страна:
Чехословакия



Пузырек света

лежу среди моих трофеев славы
достойней всех: клянусь Богом
не нужно жечь чистый лист для назойливой яркости
в два раза большей чем куртка что я надел сегодня
ты смотришь мне в глаза ты вглядываешься
в смешанные цвета ночи

лишь смерть осмеливается приближаться ко мне
вот так



Моей подруге

твоя рука
бросает в печь
обувь из которой я вырос
теперь все в пору
плохой каблук
наполовину отвалившаяся подошва
шнурки в ладони матери



Прага 1990

Посвящается Ингрид Немет

твои глаза это твоя постель
твой рот меня учит
что я должен делать и как
даже до моего рожденья
как на полке залежалые консервы
я пребываю в Боге
чужая субстанция во мне
и сегодня я не знаю
что от меня осталось
возможно на одну смерть
меньше
возможно
мы беднее на одну смерть
когда стоим посреди Карлова моста
и молчим
пока слепой музыкант над нами
играет
чайки летают
глядя на нас
словно монахини
что пялятся на молодого священника
в церкви

вот что нам нужно
в сумерках
ночь ожидает
пока мы проснемся

пенистое пиво
ворота полные афиш
украденное прошлое
ускользнуло от нас



Ветка Святой Варвары

Дверь – препятствие для самой себя
Сильвия М. Цепеш



1.

В мире грез
я живу но окна
это дымоходные отверстия
реальны лишь двери.
Реальность – это выход.



2.

Загадочны
словно свежая трещина
в бетонной стене
все прохожие, одно только
время неопытно.



3.

Я хожу по
узким тяжелым комнатам
чувств
Следующее мгновение боится
оставляет дверь открытой.



4.

Мякоть сливы синеет
свисток поднимается ко рту
благосклонность последнего
игрушечного кубика: все его
стороны равны



Развод

отсутствие чувств
раскалывается надвое на пьедестале
одиночества

занятия любовью

вечнозеленой эфемерности

словно майский дождь
наше прошлое рассеялось
в бессвязной пустоте



Моя мать

сегодня небо оторвало
пуговицы тьмы из слоновой кости
снова откалывает от нее куски
цепляется за ее массу

поэт нетерпеливо ищет
время консервирует подобно соли

она примеряет свои крылья перед зеркалом
молчаливые стены прямоугольного отсутствия
словно призрак
год
ползет и тащится



Мой отец

камни

на своем столе
мой отец рисует
разбитое окно

в конечном итоге оптимист
прыгнет в него и сбежит



XXL

моя бабушка и дедушка крестятся перед
тем как заняться любовью
они целуют
упавшие хлебные крошки и
царапают крест на хлебе
перед тем как его разрезать
Каспер и Юлиана
София и Янош
моя бабушка и дедушка крестятся
между двумя
любовными актами
несмотря на то что скрипит кровать
мои небеса
сотрясаются
покоясь на их костях



Не спеша

Пропустив сегодняшнюю прогулку, я мог бы
задержаться на понятии пустоты
Янош Марно

В конечном счете
капли дождя
пускают корни и
прорастают
словно свекла из земли
бессильная и вонзенная
в почву рядом с
его огромными цветами
подпорками, прутьями
томатные палочки засеяны
под его окном
ветки акации пристыжены
в действительности их тепловая ценность выросла

Янош беспристрастно ждет



Баллада бедного мальчика

я посадил мое деревце
я заточил мое деревце

научи меня плакать

мама полей меня
папа обрежь меня

пусть оно раскинет ветви

пусть оно дарит тень
пусть радует глаз

приносит плоды мне одному



Механическое пианино Никиты Михалкова

гора
всполошилась
подобно
вьючным ослам

пусть Бог и невидим
в зеркале его тоже нет



Привет отечество

я продал мою землю
мой лес
мое пастбище
мои поля
не говоря уже о винограднике
и потратил все на издание
сказок и легенд
моей родины



В день моего рожденья

чем больше звезд
на небосклоне
тем мысль о смерти
непреклонней

Перевел с венгерского Иван ПИЛКИН



Яндекс.Метрика