Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 22 (227), 2016 г.



Ольга ИЛЬНИЦКАЯ
В СОЛНЕЧНОМ ОГНЕ


Ольга Ильницкая — писатель, поэт, журналист. Член PEN International, Союза писателей Москвы, Южнорусского Союза писателей, Национального Союза журналистов Украины и Союза писателей ХХI века. Первая публикация в 1991 г. в альманахе "Вольный город" (Одесса: Маяк). Спустя 22 года вышла книга "Глаголы настоящего времени" (с тем же составом авторов и составителем, поэтом Юрием Михайликом), Киев, 2013.
В 1995 году изданы книги прозы "Откуда мы уходим" и стихов "Сквозное жилье" под общей обложкой с объединяющим названием "Жизнь тому вперед".
Переведена Элизабет Шарп на английский язык: "State of Emergency" и вышла в серии New prose from Ukraine, Alterpress publishers, Kiev, 2000.
Печатала стихи и прозу в журналах "Знамя", "Арион", "Октябрь", "Футурум АРТ", "Зинзивер", "Крещатик", "Юность" и других.



В ЗНАК УТРАТЫ

Вне почерка, вне даты,
не ведая, зачем земле цветы,
не веря чувству мести,
а расплаты не помня,
и не зная, жив ли ты,
я говорю — поля покрыты снегом,
я говорю — весной поют ручьи.
Ты слышишь? Там, где завершает небо
свой бег от нас, там дышит Он.
Но ты…
Мы шли втроем по белому безмолвью.
Туда где зори гаснут и молчат.
Где свет звезды, что предрекла нам горе.
А на рассвете горлинки кричат.
И солнце будит город за горою,
не обещая счастья и покоя.
Но обещая – в рост пойдет апрель.
И то, что было, оглянись – теперь
живет опять и дышит вдохновенно.
И в том любовь. И смерть.
Попеременно.



Городской романс

Дождливый город съежившийся, грешный.
И взгляд спешащий. И стыд кромешный.
И сброшенное второпях пальто.
И взмах руки с растеряным: "Не то!"

Открыли дом чужим заветным кодом.
И погрузились в праздничный обман.
Откуда тянет холодом и йодом?
Роняет – кто? – дочитанный роман…

Они помедлят в промежутке этом,
и нищий ангел их подарит светом.
О, пропади, кто утверждал "поверь" –
в ту, что за всеми закрывает дверь.

Забыли город, съеденный быльем…
За книгой наклоняемся вдвоем.
Где завихрили свирели
запах моря в акварелях



1

Листает ветер простыни и платья,
меняет декорации дворов,
где дети, наши маленькие братья,
играют в лес, рассыпав кладку дров.
И мы опять затопим печь, как в детстве,
и будем вспоминать с тобой и греться.
О, непорядки нашего двора,
благословенны будьте и связуйте
нить, прерванную в прошлые года
минутами, в которых бился ветер,
рвал простыни, проказничал, как дети,
и обещал не лгать нам никогда.



2

Я знаю сад над гибкою рекой,
а в шапке сада вишни под рукой.
Две радуги — от солнца до воды,
от наших губ до будущей беды.
И радуга распалась на цвета.
Светлея, угасала красота.
Но смерти нет! И в солнечном огне
душа моя, за вечный грех расплата,
пошла по горизонту до заката,
чтоб в шапке сада угореть на дне.
И чтобы горизонта полоса
с осенней кротостью взошла на небеса.
Когда же августа усталая громада
вдруг полыхнула из жаровен сада,
день будущий накрыла тень небес —
и горизонт, как радуга, исчез.
Вся жизнь не отойдет за поворот,
где радуги и вишни холодеют.
За поворотом сад. И август греет.
И дети с удивленною душой
над летнею рекою молодеют.



3

Где завихрили свирели запах моря в акварелях,
и где ветры налетели, утюгом прошлись горячим —
тихо — тихо тлели угли, деревянней настоящих.
На окрашенной скамейке восседал главврач больницы,
с канарейкой кроткой в клетке на хрустящем поводке.
Колли, умная собака, проходя, сказала глухо:
 — Где пичуга — где намордник, зацепить — не вижу уха!
Ремешок из кожи свежей, терпко пахнущий ребенком,
даром брошен, возле лавки, у неловкого врача...
Так, ворча, сказала колли. Пожалела канарейку.
А меня не пожалеет так никто и никогда.



4
 
ПЕСЕНКА

Спи, мой старший, мед и горечь
трав степных, измятых в полночь.
Спи, мой младший, море в горе,
нотка пятая в октаве.

За далекими садами,
где дороги бесконечны,
где на каждого солдата
каждый первый — генерал,
полигонов нет в помине
и убитых нет в помине,
да, никто их не видал!

Там для мальчиков стрекозы —
реактивные, конечно.
Там для мальчиков машины —
вездеходы все подряд.

Там придумаю я песню,
мы споем ее все вместе,
будет в ней не понарошку
добрый мир, в котором есть
каша с мясом, булка с маслом,
мама с папой, сказка с бабой,
баба с дедом в орденах.



Яндекс.Метрика