Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 27 (232), 2016 г.



Павел ЗЯБЛИКОВ
С БОЖЬЕГО ПОПУЩЕНИЯ




Павел Зябликов (Москва) — поэт, бард, выпускник Литературного института имени А. М. Горького, лауреат конкурса "Оскольская лира" в номинации "Поэзия" (2008), постоянный участник поэтических вечеров в музее Маяковского и вечеров памяти Александра Башлачева. Основатель творческого объединения "Палитра N".
В стихотворстве исповедует традиционный уклад, берущий начало в крестьянской поэзии, "тихой" лирике Рубцова, Соколова и Прасолова.

Сергей АРУТЮНОВ



*  *  *

Мой лопатник худосочный
Не звенит и не шуршит.
У меня характер склочный,
Как закончатся гроши.

Жить в такой стране, как наша,
Не имея ни рубля –
Или место у параши,
Или мыльная петля.

Вроде, все элементарно –
Заработай и пируй.
Я работаю ударно –
Нету денег, хоть воруй.

То задержат, то забудут
За работу заплатить.
Больше никогда не буду
На работу я ходить.

Приспособиться нетрудно.
Компромиссы не люблю.
И гуляю сыном блудным –
Репутацию гублю.

Скоро мой пустой желудок
Сам себя варить начнет.
Говорит, что я ублюдок,
Но зато душа поет.

Ей до тела нету дела,
Вечный пост – ее стезя.
Захотела – улетела,
Наподобие гуся.

Ощипать бы да зажарить
На валютном огоньке,
Чтобы пальцами не шарить
В худосочном кошельке.

Помирить их нереально
Душу с телом, как родных.
Выживаю экстремально
Каждый день, без выходных.

И за это благодарен
Всемогущему Творцу.
И душою не бездарен,
И безденежье к лицу.

21.06.2007 г.



*  *  *

Сидят, коротая преклонные дни,
Старушки на лавке у дома.
И дедушки рядом – трухлявые пни,
Обросшие затхлой соломой.

И все они вместе ля-ля тополя
Разводят на лавочке этой.
На эту же лавочку сяду и я,
Обтянутым кожей скелетом.

Теперь им по семьдесят, мне двадцать пять.
Душа никогда не стареет.
А если стареет, то нужно пенять
На то, что любить не умеет.

Сидят старички и на небо глядят,
Потом друг на друга и прямо.
А дети в песочнице дружно галдят
И роют глубокую яму.

12.06.2007 г.



*  *  *

У людей смешное тело –
Кости, кожа, волосня.
У меня – другое дело,
Нету тела у меня.

Человечек-невидимка,
Я по улицам брожу
И вторую половинку
Для себя не нахожу.

Я – отрезанный, как ломтик
От батона колбасы.
У людей на пальцах ногти,
На запястьях часы,

Где наматывает стрелка
Монотонные круги.
Я не плаваю так мелко,
Вот такие пироги.

Прохожу через калитку
И сквозь стены прохожу,
Но вторую половинку
Все равно не нахожу.

Люди парами гуляют.
Даже птицы, да и те
Друг пред другом оголяют
Свое тело в темноте.

Я гуляю невидимкой
И на ангелов гляжу,
Но вторую половинку
Среди них не нахожу.

И повеситься не светит,
Потому что шеи нет.
И никто мне не ответит,
И никто не даст ответ,

Для чего я невидимкой
По бессмертию брожу,
Ведь вторую половинку
Все равно не нахожу?!

Мне бы их смешное тело,
Я б нашел ему маршрут.
Этим телом то и дело
Люди любят, люди мрут.

А потом, как невидимки,
В одиночестве своем
Не находят половинку,
Чтоб на небе быть вдвоем.

12.07.2007 г.



*  *  *

Смотрю в окно, как в телевизор.
По всем каналам дождь идет.
Осенний двор в тумане сизом
О чем-то сумрачно поет.
О чем-то сумрачно мечтает –
Неразговорчивый чудак.
И листья падшие считает.
Не для отчета. Просто так.

Он просто так считает кошек,
Собак, деревья, гаражи.
Он ребятишками заброшен.
От одиночества дрожит.

Печальный фильм по всем каналам,
Я очарованно смотрю,
С пятиминутным интервалом,
Зевая в душу октябрю.

Осенний дворик сиротливо
И безучастно смотрит на
Людей идущих торопливо
В свои московские дома.

Его песочница бездетна,
И карусель его пуста.
Дрожат от ветра несусветно
Его бескровные уста.

А сердце сжалось от печали,
И я понять его готов.
Распято лето за плечами
Гвоздями пасмурных зонтов.

Уже не видно ни бельмеса,
Но я смотрю в свое окно
Из комнатухи, как из леса.
Не прекращается кино.

По всем октябрьским каналам
Я вижу одинокий двор,
Где озираясь по подвалам
Гуляет ночь, как беглый вор.

29.05.2008 г.



*  *  *

Я не был на войне
В буквальном смысле слова.
Но слышу, как во мне
Гремит она сурово.

И ночью не дает
Поспать невозмутимо.
Спокойствие мое
Сломалось, как плотина.

Я слышу, как вода
Накрапывает с неба.
Мне хочется туда,
Где я ни разу не был.

Я не был на войне
И пороха не нюхал.
Зачем же снится мне
Простреленное брюхо

Дымящейся земли
И травы полевые?
На травы полегли
Мечты нестроевые.

А сердце, как в строю,
Шагает под прицелом.
У жизни на краю,
Я жизни понял цену.

Гремит моя война
В гражданском смысле слова.
И вроде бы она
Не так уж и сурова

Ко мне и к вам ко всем,
Кто пороха не нюхал.
Зачем тогда, зачем
Простреленное брюхо

Дымящейся земли
Я вижу на рассвете?
Потом я слышу: "Пли!"
И ветер, ветер, ветер...

30.09.2008 г.



*  *  *

Выпью судьбу кромешную
Залпом, как зелье пьяное.
Выдохну душу грешную
В логово окаянное.

Будет судима бесами
С Божьего попущения.
Вот оно, царство Кесаря.
Кесарево сечение.

Черная жуть рогатая
Строго грозит мне пальчиком.
Помню, ведь был когда-то я
Тихим хорошим мальчиком.

Что ж ты, душа наделала?
Грешница ты Великая!
Черным пишу по белому
Исповедь сердца дикую.

Кто только ни причесывал
Волосы непокорные.
Бестолку. Жил нечесаным,
Дергая струны черные.

Сердце мое разбитое
Страстью любовь измерило.
Бесы стучат копытами
Хлеще любого мерина.

Вот он я. Как вам нравится
Все, что пером написано?
Пью свою жизнь, как пьяница,
Горько смакуя истину.

29.10.2008 г.



*  *  *

Я стал свидетелем абсурда,
Происходящего вокруг.
Неумолимые секунды
Стремглав описывают круг.

И я кружусь вокруг начала
Неумолимого конца.
Ты никогда не замечала,
Что я похож на мертвеца?

А смерть похожа на ведунью,
Что сосчитала наши дни.
Я воскресаю в полнолунье,
Когда погаснут все огни

Пустых фонарных перекрестков,
Где ветер свистом удалым
На беспризорные подмостки
Выводит Страх из-под полы.

И Страх играет на органе
Нечеловеческий мотив.
Я стал участником страданий,
За неизбежность заплатив.

Ты никогда не замечала,
Что я держусь особняком
От многолюдного причала
С его абсурдным тупиком?

К нему причаливает судно
С большим запасом чепухи.
Меня спасают от абсурда
Интуитивные стихи,

Где я живу в ладах с собою
И с полнолунием в ладах.
Над человеческой судьбою
Звучит большой органный Страх.

16/17.12.2008 г.



*  *  *

По радио снег обещали.
Но снега сегодня не жди.
Синоптики снова солгали.
Дожди. Проливные дожди.

Ты снова нахмурила сердце.
И, руки скрестив на груди,
Не знаешь, куда тебе деться.
Дожди. Проливные дожди.

Ты куришь одну за одною.
Полпачки уже позади.
И слезы в глазах пеленою.
Дожди. Проливные дожди.

Я знаю, ты очень устала
И тихо шепчу: подожди…
Когда-нибудь лить перестанут
Дожди. Проливные дожди.

Я знаю, как хочется снега,
Который грядет впереди.
Ты смотришь на небо. А с неба…
Дожди. Проливные дожди.

28.12.2008 г.



*  *  *

Оставим ненужные споры.
Они ничего не решат.
На небе задернуты шторы,
И ангелы к нам не спешат.

Кого обманули однажды,
Тот веру теряет на век.
Себя понимает не каждый
На свете живой человек.

Мы видим свое отраженье
В стеклянных глазах суеты.
И в этом смешном положенье
Стыдимся своей наготы.

Смешна и ужасно нелепа
Любая попытка души
Найти тридевятое небо
На пике корыстных вершин.

Шуршат календарные листья,
И листья деревьев шуршат.
Чем наши виски серебристей,
Тем яростней стрелки спешат.

И тем одиночество глубже
Уходит корнями в себя.
А небо купается в луже,
Которую выплакал я.

29.10.2009 г.



*  *  *

На каждом кресте по вороне.
Ноябрьский дождь моросит.
И снова кого-то хоронят.
И вновь над часовней висит

Горючая черная туча.
И снова помешанный лес
В священном припадке падучей
Язык свой обветренный ест.

Гремучая пена тумана
По глинистой почве ползет.
У смерти расписаны планы
На целую вечность вперед.

Вороны сидят ежедневно
И ждут поминальных кусков.
"На кладбище осенью хлебно", –
Послышался шепот кустов.

"А впрочем, не осенью только", –
Опять прошептали кусты,
На что им согласно и горько
Кивнули вороньи кресты.

09.11.2009 г.



*  *  *

Когда мне плохо – верю в Бога,
Не сомневаясь ни минуты,
Что он примчится на подмогу
И не потребует валюты.

Ведь Бог не бросит человека,
Когда ему безумно плохо,
И Он берет над ним опеку,
Чтоб тот не ахал и не охал.

Но стоит только оклематься,
Как Бог становится ненужным.
Я начинаю любоваться
Своим цветением наружным.

Но Он-то знает – я зачахну.
Но я не думаю об этом,
И потому цвету и пахну,
Как василек в разгаре лета.

Но только лето с каждым годом
Все холоднее и короче.
И все трагичнее колода
Тех карт, которые пророчат.

Гадай, судьба, крестовой картой,
Чтоб я уверовал в распятье,
И разминаясь перед стартом,
Успел себя на всех раздать я.

21.11.2009 г.



Яндекс.Метрика