Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 41 (246), 2016 г.



Камила БАГИРОВА
Осень

 

Камила Багирова — поэт. Студентка Литературного института им. А. М. Горького (семинар С. С. Арутюнова).



1

Сколько строк позабыто
Просто так, среди ночи.
Сколько камешков выдал
Опрометчивый зодчий.
Перемалывай, осень,
Краснотою венозной
Водяные колосья
И слетевшие звезды.
Август выкрутил листья,
Август высушил тени.
Алым пламенем высься
До небес колыбели.
Пусть искрящая крона
Обовьет поздний вечер.
Август вышел из дома
И помчался навстречу...



2

забывать, для чего, только знать, что пора,
прижимаясь, смотреть, как линяет луна,
и как низко клонится ветром трава,
словно крошки земли подбирает она.
или хлебом корми, или камнем разбей,
или вновь напои дремотой полей.
и, разлив молоко из большого ковша,
подели же на всех, пока ночь не ушла.



3

И когда я брожу по улице
под песню о лунной реке,
все молчит,
и только трава шепчет что-то на полулиственном.
Я опять заблудилась
во дворе моего дома.
Я как та деталь в тетрисе,
что не знает, куда ей деться.
Но потом
запах каштана и мокрой осенней сухости
накрывает мое лицо фатиновым облаком.
И теперь ты гуляешь со мной
под песню о лунной реке,
и мы шепчем траве наши имена,
что так похожи
своей непохожестью
на все остальное,
кроме ночной тишины.



4

дай мне окаменеть, остаться где-то
на мелководье спрятанной ракушкой,
с разводами синеющего цвета
внутри, пустынно белою снаружи.
но спрячь меня поглубже от лодыжек,
небрежных рук и деревянных лодок.
и пусть во мне никто тебя не слышит,
и пусть в тебе я не останусь долго.
ладонью длинной вынеси подальше —
в его ладонь горячую вложи.
я стану жить в хлопковом кармашке,
как сувенир. но я стану жить.



5

Я вижу птиц, улетающих в солнце.
Я слышу — ветер шипит дальний.
Слезами падают наземь кольца
Орбит планетных за облаками.
Я вижу, дождь соберет руками,
Поднимет выше — теперь допрыгни.
И звук разбрызганный от мотыги,
И снова заводь ползет цветами.
Но сколько не было здесь листьев,
И сколько падали здесь люди,
Оставив след затяжной лисий,
Все кто-то ночи штурвал крутит.
Все кто-то ищет мою руку,
Давно найдя, но еще не зная,
И звезды, тихо к лицу сползая,
В зрачок падают, как в лунку.



6

пожелтела трава, размягчилась земля,
размываются в лужах чужие дома.
если просто молчать нам с тобою нельзя,
пусть за нас говорит дождевая стена.
отстраняя стеклянные бусы, тянусь,
и встревоженный лебедь пьет мою грусть.
и спадает холодной рекою коса,
и полей поседевших слышны голоса.
если просто застыть нам с тобою нельзя,
пусть водой, словно берег, размоет меня.
и останется в пальцах дрожащих парча,
золоченым туманом скатившись с плеча.


7

потому что любовь не знает, о чем молчит,
и все больше крови, не слез, на прожилках клена,
и померзшими ульями перелетают грачи,
потому что любовь такая им незнакома.
остаются только ступени, набухшие мхом,
и прозрачными иглами сыплющееся небо,
остается лишь тот, кто ведает, что ведом,
остается лишь тот, кто никогда не был.



8

в этих лазоревых окнах
окна твои не видно,
веки моргают длинно,
силясь лицо напомнить.
в этих кустарных лохмах
чей опадает шепот,
кто сюда не пришел
и кто остается помнить...
в этих немых фонтанах
чьи серебрятся слезы...
снег не бывает поздним,
так поспеши напомнить
этим губам сжатым,
этим глазам — копоть,
птице твоей провожатой,
что я могу помнить.



9

впервые дом наш опустел,
впервые в доме видно стены
и тени маленьких растений,
дрожа, напоминают степь.
как потерявшийся звереныш,
ищу в окне знакомый лес,
который месяц как исчез,
моля оставить, если сможешь.
и в звуках гулкой той мольбы,
как в кудрях девичьих репей,
запутан город без косьбы,
ресниц белесых и полей.
я не останусь больше тут
и плавной птицей поплыву,
услышав жалостливый уд
и хруст, сдавивший полынь.



10

Арабская белая лошадь
Масляными глазами
Смотрит горящие стены
Видит следы на север
Девушки вкруг с венками
Голос роняя в песни
Только она не знает
Их полевые пляски
Трудно дыша как шепот
Вздрагивая от ветра
Смуглые ищет руки
Пряди чернее взгляда
Скрученные узлами
В бисерном покрывале
Разве такое бывает
Лошади верят в чудо



11

Солнце, закатившись за дома,
Опыляет стекла янтарем,
Словно барбарисовый сироп
Кто-то вылил с неба.
Карамельный блеск окон
Очертанья строгие высоток
Превратил в счастливую семью.
Небо, словно выжатый гранат.
Вечер, говорящий за людей.
И еще есть что-то, и еще...
Существует что-то много больше.
Только я не вижу без тебя.



12

верблюжии волны пустынные
уносят кувшины с водой
обратно. и тихо: "а сын ли ты?
а дочь ли ты?" наперебой,
картавя, усталые воины,
снимают доспехи песка.
и птиц молчаливых каскад,
и неба обрезки раскроены.
подуй на ладонь — поцелуй,
послушай ночной караван.
и тихо под панцирем лун
оставь то, что не удержал.



13

Я подношу ладони блюдцами к твоим губам.
Веки дрожат лепестками гортензий.
В детстве, чтобы не обжигаться,
я переливала из маленькой кружки в блюдце.
А ты пил чай вприкуску.
Ты не говорил, но я знаю.
Мои ладони кленовые листья с тонкими прожилками.
Прикосновение останется.
Это гербарий в детской книжки.
Ты не раз находишь ее пустой,
                        но сохранившей очертания осиновых...
и я не помню.
А завтра, когда ты проснешься,
То как всегда подойдешь к окну.
И  увидишь город,
В котором меня больше нет
И вряд ли больше не будет.



14

никому на свете не говори,
как рябит листва и блестят сады,
как летают ласточки цифрой три,
никому — до времени, до поры.

а когда увидишь речную гладь,
как ребенок, ты притворись ручьем,
небо станет солнечно вышивать
на канве дрожащей узор лучом.

никому на свете не говори,
что на глади гладью рисует он,
и какой, и где наш родимый дом,
никому на свете — молчи о том.

Стихи К. Багировой иллюстрированы работой художника К. Костанди.



Яндекс.Метрика