Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 10 (267), 2017 г.



Сергей АРУТЮНОВ



"ТЯЖЕЛОВЕСЫ" "ЖУРНАЛЬНОГО ЗАЛА": опыт кратного анализа



Сергей Арутюнов — поэт, прозаик, литературный критик, публицист. Родился в 1972 году в Москве. Окончил Литературный институт им. А. М. Горького (семинар Т. А. Бек и С. И. Чупринина). Печатался в журналах "Дружба народов", "Дети Ра", "Зинзивер", "Футурум АРТ", "Знамя", "Вопросы литературы", газете "Вечерняя Москва" и других изданиях. Автор многих книг.

Тому, кто пробует разобраться в иерархии отечественной словесности, рано или поздно приходит на ум сокровенный вопрос, а существует ли в природе некий количественный критерий, по которому можно было бы судить о современной русской литературе?
О количественных критериях российское общество наслышано: почти все счетчики в Интернете накручиваются в силу того обстоятельства, что от них зависит восприятие тех или иных тщательно раздуваемых или, напротив, замалчиваемых персоналий.
В 2000-х гг., уже увенчанный парой молодежных литературных премий, я неоднократно был свидетелем разнообразных "интернет-чартов" о "первых поэтах России", "лучших интеллектуалах страны", в которых неизменно лидировали ставленники либеральной интеллигенции. Например, Сергей Гандлевский. Или ныне покойный Лев Лосев. Или так же покойный ныне Дмитрий Александрович Пригов. Картина год от года была удручающе неизменной: голосовали одни и те же "причастные", содержимое книжных полок которых не менялось годами, а кумиры молодости оставались, естественно, как в ранней молодости, не преданными, но лишь набирающими авторитета и высоты.
Учитывая, что даже цифры тиражей российских художественных изданий, мягко говоря, не истинны, а писатели, которым высочайше дозволено запросто говорить с Президентом, далеко не все представляют собой творцов изящной словесности, можно ли вывести некое среднее весовое значение литератора, которому опять же высочайше дозволено изрекать из себя нечто профетическое?
Видимо, да, есть такая… чуть было не сказал, партия.
Естественно, не партия, а величина.



"Метод пятидесяти пабликов"

Давайте хотя бы на миг предположим, что авторы, имеющие с полсотни публикаций в "Журнальном Зале", чего-то да стоят. Упорный труд в журнальной литературе — знак того, что человек в ней как минимум не случаен.
Предвижу разочарованный вой наших патриотически настроенных господ — почему именно в "Журнальном Зале"? Там же собрано одно "либеральное большинство"!
Да, именно что собрано, а портал Союза писателей ХХI века "Читальный зал", который включает в себя "Юность", "Наш современник", "Москву", "Дон" и другие почвеннические литературные СМИ, единственный конкурент ЖЗ, пока все же уступает ему по числу просмотров и посетителей.
Никто не собирается скидывать "ту сторону" со счетов: там наверняка есть свои безусловные лидеры. Будем считать, что они мысленно с нами… однако после Рубцова и Кузнецова создать поэта национального уровня "той стороне" пока так и не удалось. Или, по крайней мере, о нем в тех же национально ориентированных литературных СМИ мало что слышно, но это другой вопрос.
Почему именно "полсотни публикаций"? Почему не сотня?
Потому, что так мы рискуем выкинуть из формируемого списка… поэтов, причем, наиболее значимых: не у всякого из них хватает сил еще и на критику, авторские колонки, обзоры и другие "технические" жанры, а в год с поэзией опубликоваться в журналах можно, при особом везении, раза три-четыре, не больше. Причем, даже такая умеренная плодовитость многих ценителей вышнего качества скорее отпугивает; пахнет от нее, знаете ли, чем-то рыночным, поточным производством…
Итак, если даже по четыре подборки в год, то такая неистовая работа в словесности даст приблизительный "полтинник" лет за десять-двенадцать, что убедительно говорит о том, что человек пришел в нее всерьез и надолго.
Значит ли, что все эти люди и есть "лицо" русской литературы? Да, и при этом — русской журнальной литературы, следующей своим путем и текущей своим устьем. И пусть количественный критерий примитивен и плосок, а наиболее дорогие сердцу творцы скромны, вечно остаются в тени, не знают, как напечататься, избегают журналов…
Да, кто-то укладывается в "толстожурнальный" формат, а кто-то вообще не считает "самую весомую" в России литературную прессу достойной хоть какого-то приложения сил, предпочитая издавать книги и впечатывать между ними газетные подборки. Такие поэты, да и прозаики, представьте себе, есть, и нелюбовь к журналам является их принципиальной позицией, в основном в связи с некоторыми "тонкостями редакторского мастерства". Еще и сегодня, если кто не знает, редакторам, как в старые добрые советские времена, свойственно иногда хамить авторам, годами держать их подборки в "портфеле редакции" и не отвечать на письма с робкими вопросами, сводящимися к магическому "когда?"



Магия чисел

Самый простой способ стать некоронованным патриархом ЖЗ — критика: хочешь быть супергероем, стань главным редактором журнала, вынужденным писать врезы к каждому номеру, "книжнополочным" обозревателем или рецензентом, и дело пойдет. Иным для достижения полсотни публикаций хватает и 7-10 лет.
В данном "чарте", будем считать, те, кому просто повезло. Или — тоже вариант — те, кто добились если не создания себе веско звучащего и узнаваемого "имени", то хотя бы возможности мыслить, говорить и быть услышанными.
Взглянем, наконец, на список этих людей. Рядом с каждой персоналией — цифра его публикаций.
Извините, но Иосифа Александровича Бродского с его полсотней ЖЗ-пабликов в списке не будет, и, жаль, конечно, но почившего в прошлом 2016 году великолепного Андрея Михайловича Туркова — тоже. Обратимся к живым.



"Других писателей у меня для вас нет" (с)
И. Сталин

Евгений Абдуллаев 93, Архимандрит Августин (Никитин) 96, Михаил Айзенберг 57, Марк Амусин 53, Лев Аннинский 246, Сергей Арутюнов 63, Сухбат Афлатуни 66, Дмитрий Бавильский 94, Александр Бараш 52, Павел Басинский 75, Юрий Беликов 68, Сергей Беляков 90, Сергей Бирюков 85, Ольга Богуславская 76, Дмитрий Быков 55, Андрей Василевский 197, Светлана Васильева 54, Владимир Губайловский 165, Данила Давыдов 86, Никита Елисеев 68, Владимир Елистратов 56, Евгений Ермолин 121, Галина Ермошина 89, Александр Жолковский 113, Елена Зиновьева 82, Елена Иваницкая 70, Наталья Иванова 130, Евгения Изварина 70, Юрий Каграманов 91, Илья Калинин 51, Евгений Каминский 52, Владимир Кантор 98, Александр Карпенко 69, Светлана Кекова 50, Бахыт Кенжеев 83, Кирилл Кобрин 147, Кирилл Ковальджи 69, Владимир Коркунов 154, Сергей Костырко 134, Леонид Костюков 95, Григорий Кружков 98, Анна Кузнецова 164, Александр Кузьменков 67, Виктор Куллэ 65, Вячеслав Курицын 58, Борис Кутенков 73, Алла Латынина 74, Алексей Левинсон 90, Александр Ливергант 54, Инна Лиснянская 100, Наталия Лихтенфельд 90, Валентин Лукьянин 109, Самуил Лурье 66, Александр Люсый 52, Фёдор Мальцев 65, Дарья Маркова 54, Алла Марченко 56, Александр Мелихов 274, Борис Минаев 69, Станислав Минаков 56, Евгений Минин 81, Вадим Муратханов 112, Анатолий Найман 105, Елена Невзглядова 54, Олеся Николаева 67, Владимир Новиков 70, Михаил Окунь 73, Олег Павлов 58, Лиля Панн 59, Андрей Пермяков 89, Александр Петрушкин 50, Алексей Пурин 50, Валерия Пустовая 60, Евгений Рейн 62, Мария Ремизова 58, Ирина Роднянская 77, Омри Ронен 83, Владимир Салимон 98, Елена Сафронова 108, Ольга Седакова 55, Роман Сенчин 88, Михаил Синельников 62, Сергей Сиротин 57, Александр Скидан 54, Ольга Славникова 88, Сергей Слепухин 64, Игорь Смирнов 78, Алексей Смирнов 63, Эмиль Сокольский 58, Григорий Стариковский 58, Евгений Степанов 467, Карен Степанян 60, Игорь Сухих 97, Сергей Трунев 63, Александр Уланов 149, Андрей Урицкий 61, Илья Фаликов 78, Ревекка Фрумкина 60, Марк Харитонов 57, Алексей Цветков 94, Ирина Чайковская 88, Александр Чанцев 79, Даниил Чкония 55, Сергей Чупринин 55, Евгений Шкловский 50, Владимир Шпаков 93, Валерий Шубинский 95, Глеб Шульпяков 107, Евгения Щеглова 51, Михаил Эпштейн 79, Владимир Яранцев 90.



А теперь — коротенький анализ данных

Итак, их 111. Некоторых до того, как стал просматривать списки ЖЗ, я не знал вовсе, уморительно считая, что знаю все более-менее значимые имена, и более того — лично знаю всех "боссов".
Кто такой, например, архимандрит Августин? Преподаватель Санкт-Петербургской Духовной Академии (СПбДА), ученый и богослов, которого возлюбил журнал "Нева". Или вот возвышенный социолог-западник Алексей Левинсон, местоблюстительство которого ограничивается "НЛО" и "Неприкосновенным запасом", тоже немного не в "фокусе", и, как упрек себе — надо быть ближе именно этой "теме". Ну, Бог со мной, не во мне дело.
Посчитаем безусловных поэтов-старейшин: Айзенберг, Кекова, Кенжеев, Пурин, Рейн, Найман, Салимон, Цветков… Постойте, а есть ли они вообще, безусловные? У того вдруг статьи, у этого, ни с того, ни с сего, проза…
А дело в том, что современная литература насквозь синтетична, и каждый работающий в ней старается отображаться в разных жанрах.



Топ 20. Большие цифры:
предметное рассмотрение.

В высшей "двадцатке" — 19 человек (данные на февраль 2017 г.), что почти ровно пятая часть пирамидальной структуры. Высшая "тройка" — люди с количеством публикаций от 200 и более.
Абсолютный лидер (467) — Евгений Степанов, поэт, критик, издатель, "Дети Ра", "Зинзивер", автор-"многостаночник", печатающийся и в Москве ("Арион", "Знамя", "Дружба народов"), и в Петербурге ("Звезда", "Нева"), и за границей ("Интерпоэзия", "Крещатик", "Новый берег"), и в регионах ("Урал").
Но у него большинство публикаций все-таки не стихи и рецензии, а редакционно-издательские колонки, которые, конечно, не представляют большой эстетической ценности.
Со значительным отрывом — 274 — Александр Мелихов, прозаик, статьи, и Петербург, и Москва, "далее везде".
246 — Лев Аннинский, первый и безусловный критик страны, "везде и всегда", с некоторым преобладанием "Дружбы народов".
Итак, триумвират: поэт, прозаик, критик: Евгений Степанов, Александр Мелихов, Лев Аннинский.



"от 100 до 200"

197 — Андрей Василевский, "Новый мир", поэт, библиограф, главред,
165 — Владимир Губайловский, "Новый мир", "Дружба народов", "Арион", в последнее время "Урал", поэт, обозреватель,
164 — Анна Кузнецова, "Знамя", "Октябрь", "Арион", поэт, прозаик, обозреватель,
154 — Владимир Коркунов, снова "степановские" "Дети Ра" и "Зинзивер", изрядно разбавленные "Знаменем", "Днем и Ночью", "Арионом", "Интерпоэзией", "Волгой" и "Крещатиком", поэт, критик,
149 — Александр Уланов, "Знамя", "Дружба народов", "НЛО", критик,
147 — Кирилл Кобрин, "Октябрь", "Неприкосновенный запас", "НЛО", критик,
134 — Сергей Костырко, "Новый мир", "Арион", "Дружба народов", критик, обозреватель,
130 — Наталья Иванова, "Знамя", критик, обозреватель, замглавред,
121 — Евгений Ермолин, почти сплошной "Континент", но и "Знамя", критик,
113 — Александр Жолковский, "Новый мир", "Звезда", "НЛО", "Неприкосновенный запас", критик, литературовед,
112 — Вадим Муратханов, "Новый мир", "Знамя", "Октябрь", "Дружба народов", "Арион", "Интерпоэзия", поэт, критик, эссеист,
109 — Валентин Лукьянин, сплошной "Урал", критик,
108 — Елена Сафронова, критик, "Знамя", "Октябрь", "День и Ночь", "Урал", "Дети Ра", "Зинзивер",
105 — Анатолий Найман, "Новый мир", "Знамя", "Октябрь", "Арион", поэт, прозаик,
107 — Глеб Шульпяков, "Новый мир", "Знамя", "Арион", "Новая Юность", "Сибирские огни", "Интерпоэзия", поэт, главред, эссеист,



Их "стоп-листы"

Частотный анализ выдает так называемую "Большую Тройку" — "Новый мир", "Знамя" и несколько более блеклый "Октябрь". Эта группировка представляет собой ядро ЖЗ; так же известно, что эти люди — практически монополисты.
Им хорошо знаком институт "стоп-листов" — списков полужелательных (которых можно изредка упоминать) и совсем не желательных персон (которых упоминать и вовсе нельзя). В авторскую команду этих журналов входят лишь те, чья верность либеральной идеологии подтверждена годами работы. Иных — от умеренных патриотов до ультрашовинистов — в эти журналы не пустят, по-моему, и на порог. Причина одна: финансирование. Люди, занимающиеся федеральным дотированием этих печатных органов, держат их на плаву только для того, чтобы либеральная версия русской литературы была незыблемой: чужие здесь не ходят.
Однако в эту стройную гармонию затесываются иногда и беззаконные кометы. Речь о странноприимных и сугубо частных, то есть не имеющих государственного финансирования и, соответственно, заданных идеологических рамок журналах Евгения Степанова, постепенно меняющих литературную картину страны.
С другой стороны, ультралиберальный НЛО Ирины Прохоровой с самыми "передовыми" в мире идеями феминизма и тотального верлибра в поэзии здесь исполняет иную служебную функцию. Журнал собирает наиболее "западных" во все смыслах литературоведов, поэтов и культурологов с тем, чтобы окончательно маргинализировать либерализм, обнажить его подсознание и тем самым показать, каких диковинных результатов может достичь культура, привитая России извне.
В самом конце хотелось бы уверить читателя в том, что все эти ползучие процессы если и ведут куда-то, то в сторону критической либерализации либерализма в пору острого идейного кризиса.
Если едва наметившиеся тенденции станут устойчивыми, нерушимая монополия "Большой Тройки", давшая уже пару трещин, окончится если не полным поражением, то окончанием ее государственного финансирования. И причины здесь будут задействованы далеко не литературные, а именно что политические: смена верховного руководящего курса, и, следовательно, смена высшего чиновного эшелона.
Если бы изначальная позиция "Большой Тройки" исключала бы всякую политизированность, то и судимы бы они были исключительно за эстетическую позицию, но, ввязавшись в дезинтеграционные процессы, сами обрекли себя на зависимость от политиканов.
На этом пока можно и закончить.



Яндекс.Метрика