Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 12 (269), 2017 г.



Чеслав МИЛОШ

 
 
ВАЛЬС

Уже зеркала в ритме вальса кружатся,
И тени колышутся в свете свечей.
Смотри: тени на пол, на стены ложатся,
А в сотне зеркал — отраженье теней.

Пыльца розовеет, как яблони в цвете,
И искры, и трубы, и музыки звук.
И тень от окна, будто крест, на паркете,
И рук переплет, белых рук, черных рук.

Кружатся и смотрят в закрытые очи,
А шелк шелестит на телах их, ах, шшш...
И перья, и жемчуг, и отзвуки ночи,
И шелест, и шепот, и полночи тишь.

Двадцатого века идет год десятый,
Часы отбивают, колеблется твердь.
И будет час гнева, грядет час проклятый,
В огне и пожаре объявится смерть.

А где-то далеко — рожденье поэта.
Их песнь не для них он напишет потом.
И млечным путем ночь идет до рассвета,
И псы заливаются в хоре ночном.

Хотя его нет еще, будет он, будет,
Прекрасная, с ним ты танцуешь сейчас,
И так протанцуешь свои сотни судеб,
И войны, и битвы неся на плечах.

Он здесь появился из времени бездны
И на ухо шепчет: смотри же, постой.
И все он предвидит, ему все известно,
И слышишь не вальс ты, а плач слышишь свой.

Стань здесь, у окна, отодвинь занавеску,
В своем озаренье на мир посмотри.
Вальс в листьях шуршит, он в саду ищет место,
Где может укрыться от вьюг до зари.

И поле льда все в огненном сиянье
В ночи разверзлой пред тобой предстанет,
Бегущих толпы со смертельным криком,
Его не слышишь, видишь на губах.

До горизонта распростерлось поле,
Оно кишит убийствами и болью,
И над телами мертвыми привольно
Лучи играют, как сама судьба.

А вот река, закованная льдами,
Рабов шеренги над ее водами,
И там, над голубыми облаками,
Блестит, сверкает обнаженный бич.

И в той шеренге, средь рабов тех бедных,
Смотри, твой мальчик, исхудалый, бледный,
Идет и улыбается, счастливый.
Тебе умом такое не постичь.

Понять должна ты. Есть предел страданью,
Той боли — без границ и без названья,
Когда уже не помнишь и не знаешь,
За что тебе так выпало страдать.

И в том животном, диком озаренье
На небо смотришь ты в недоуменье
И ощущаешь вдруг свое бессмертье.
Тогда вот и начнешь ты умирать.

Забудься. Ведь нет ничего, кроме бала,
Свечей, и цветов, и танцующих пар.
Звук вальса кружит канделябры по залу,
И эхом разносится музыка чар.

Поверь, что несчастье тебя не коснется,
Пред зеркалом стань, поднимись на носки.
Кончается ночь, скоро утро проснется,
Звенит колокльчик. И плачут смычки.

Перевела с польского Ольга ЛЕВИЦКА



Яндекс.Метрика