Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 1 (16), 2012 г.



Составитель Евгений Степанов

"ОНИ УШЛИ. ОНИ ОСТАЛИСЬ"

Антология



М:. Вест-Консалтинг, 2011

Антологию ушедших поэтов "Они ушли, они остались", изданную "Вест-Консалтингом" в 2011 году, можно было бы отнести к традиционным поэтическим антологиям, если бы ее составитель и издатель, поэт Евгений Степанов так или иначе не был связан с представленными в ней такими разноплановыми, известными и неизвестными авторами. О каждом из них, независимо оттого, знал он его лично, дружил или просто представлял интересы автора, как издатель, в заключение стихотворной подборки Степанов сказал свое слово в неформальном эссе. "Эта книга — дань любви ушедшим поэтам, дань любви их стихам...". Их стихи после ухода в другой мир, как это часто и происходит с поэтами, начинают вторую жизнь.
Различны талант и значимость каждого автора, как и их судьба в русской литературе. Одни были признаны при жизни (А. Вознесенский, Б. Ахмадулина), других мы только открываем для себя (Игорь Алексеев, Алексей Даен, Михаил Крепс, Лидия Алексеева), но замечательно их объединение под одной крышей — черно-белой обложкой поэтического домика, войдя в который, читатель сможет еще раз встретиться с тем, кого хорошо знает или познакомиться с новым именем.
В эссе, посвященном Белле Ахмадулиной, Е. Степанов говорит, что "смерть — самый сильный микрофон поэта. После смерти поэта все встает на свои места: становится ясно, кто кем был в литературе, кто в ней остался, а кто оказался мыльным пузырем".
Все это так, но особенно горько, когда поэты покидают этот мир в полном расцвете сил. Саратовский поэт Игорь Алексеев, член редколлегии журнала "Дети Ра", мужественно ушел после тяжелой болезни. Невозможно хладнокровно читать его последнюю переписку в интернете с друзьями и поклонниками его таланта, которые любили Игоря и старались поддержать. Евгений Степанов, друживший с поэтом, называет его книгу "Как умирают слоны" выдающимся произведением: "Фактически это Дневник умирающего человека, … написанный первоклассным метафорическим языком поэта".
Поражает то, что даже в момент умирания настоящий поэт думает о Слове:

"Странно —
Кусок стекла и амальгама
Причина текста".

В 34 года по той же самой причине (онкология) ушел Алексей Даен, "мостик между культурами России и Америки", близкий друг Степанова, активный участник редколлегии журнала "Дети Ра", составивший нью-йоркский номер. "Проза, поэзия, переводы, дневники, письма.... Все, что осталось от Алексея Даена, требует внимательного филологического анализа. В одном из стихотворений, вошедших в антологию, поэт с горькой усмешкой определяет смысл жизни:

"сеять
доброе/вечное
при перманентной
засухе".

Но если бы не оставалось надежды на то, что тебя услышат, вряд ли бы у любого из поэтов возникло желание творить.
Лидия Алексеева, "дитя Серебряного века", двоюродная племянница Ахматовой, с поэзией которой лучше была знакома русскоязычная литературная диаспора Нью-Йорка, всегда надеялась на то, что ее слово будет услышано на Родине:

"И брошу в мир, как на последний суд,
В бутылке запечатанное слово —
И может быть, у берега родного
Она пристанет, и ее найдут".

Как и мечтала поэтесса, в своем творчестве она вернулась на родную землю.
Всего год прожила в немецкой эмиграции в Берлине и внезапно исчезла российчкая поэтесса, художница, мастер видеоинсталяции Анна Альчук. Некоторое время спустя ее обнаружили в Шпрее. В своей статье о ней Евгений Степанов пишет, что до своего трагического исчезновения Анна прислала ему новые стихи, которые были напечатаны в журнале "Дети Ра" и явились пророческими:

"ОтлеТЕЛА душа
отдышалась
отрешилась от шлака и —
вширь
просияла на синем
отсель
несиницей в руках саркофага —
прошивающим Землю дождем
журавлем
обживается вечность".

Особенно теплые слова Е. Степанов посвятил своему старшему другу и товарищу, поэтессе, у которой многому научился, Татьяне Бек: "Она была уникально образована. Другого такого знатока поэзии я не знал. Когда нужно было что-то уточнить (дату рождения поэта, кто автор той или иной строки и т. д.) — я звонил ей. И она выдавала информацию лучше, чем энциклопедический словарь". В воспоминаниях о ней — разговоры о литературе, письма поэтессы, нерешенные споры об авангардной и традиционной поэзии. Как и многие поэты, Татьяна Бек предчувствовала свой уход. В последние годы все чаще появлялись в ее стихах мотивы прощания:

"...Мы поэтами, мы обормотами
Были, были, — да время прошло".

В день ее смерти Степанов находился в дороге. В тот час, когда Татьяна Бек умирала, у него случился кардиологический приступ. Это нить, которая связывает поэтов, потянулась в заоблачные дали и отозвалась болью в сердце.
Можно перечислить все значительные имена, которые вошли в антологию: Алексей Хвостенко, Юрий Влодов, Валерий Прокошин, Геннадий Айги, но лучше взять книгу и почитать ее самому.
Дизайн обложки очень символичен. Он напоминает даосскую монаду — черная и белая половинки, как инь и ян из древнекитайской "Книги перемен", служащие для выражения взаимодействия двух миров — в данном случае мира оставшихся и мира ушедших.
"Пока жива память — живо все и живы все. Мы умираем не тогда, когда заканчивается наше физическое существование. Истинная смерть — это забвение... А книги — это наша память", — слова поэта и прозаика Виталия Владимирова, чье творчество также представлено в сборнике, являются лейтмотивом этой уникальной антологии.

Наталия ЛИХТЕНФЕЛЬД



Яндекс.Метрика