Главная
Издатель
Редакционный совет
Общественный совет
Редакция
О газете
О нас пишут
Свежий номер
Материалы номера
Архив номеров
Авторы
Лауреаты
Портреты поэтов
Видео
Книжная серия
Гостевая книга
Контакты
Магазин

Материалы номера № 14 (29), 2012 г.



Анна Гедымин
"Осенние праздники"

М.: "Время", 2012

 

Чтобы не вдаваться в объяснительную полемику по поводу названия своих заметок, приведу текст стихотворения под этим именем:



СОРНАЯ ТРАВА

 

Пожнем плоды, сочтемся славою,
Падет злодея голова…
Но любит жизнь свою неправую
На поле сорная трава.

И в ней запрятана душа,
Которой радостно и больно,
И страшно — чувствуя, дыша,
Злодейство совершать невольно.

В траве кузнечики звенят,
Край поля ветерком измят…
Сил не хватает у нее
Прервать преступное житье.

 

В связи с барахлением моей "Эрики" я эти стихи перестукивал раза четыре и каждый раз испытывал кайф. На мой взгляд, в этом 12‑строчном тексте в какой-то мере содержится изложение, толкование всей поэзии Анны Гедымин. Так что я тем самым упрощаю себе работу, связанную с разбором книги "Осенние праздники".
Иногда я прибегаю к довольно варварскому способу знакомства со сборниками стихов. В основном это касается авторов, чье творчество мне мало или совсем незнакомо. Чтение я начинаю с конца — с содержания. И по заглавным строчкам получаю представление о потенциале пишущего — не полное, но все же. Порой это касается и поэтов, чье творчество мне хорошо известно по периодике и сборникам, выходившим, как в данном случае, нечасто. Память человека, разменявшего восьмой десяток, далека от совершенства. Но, прочитав начало какого-нибудь ранее знакомого текста, вы как бы освежаете его. Заглавная строка, словно ключиком, открывает картинку стихотворения. Стоит только начать: "Дом, где я родилась, потерпел поражение…", а дальше память в автоматическом режиме продолжает: "В битве с новыми зданьями — выше зари. / Даже память моя — только воображение, / Я не помню, как выглядел он изнутри".
Вот несколько заглавных строк: "Мы застали природу врасплох", "Да нет, я судьбе городской не перечу", "Приди, мой враг. В окно глазей", "Наплевать на то, что позабыто"… А вот что запомнилось сразу, с первого чтения, и на всю жизнь: "Там, где окон орденские планки" или "Грузинский храм, как перевод подстрочный". И чтобы, наконец, оборвать это варварское цитирование — под занавес: "Как шапка на воре / Горела крона дуба". Согласитесь, даже по этим вырванным из разных мест строчкам можно судить о степени таланта поэта. Аппетит на чтение книги разожжен.
"Осенние праздники" составлены по довольно распространенному принципу, чем-то напоминающему годовые кольца, поставленные на попа. Счет времени, судьбы, жизни поэта, да и его формирование как художника идет самым что ни на есть удобным для восприятия образом. Читатель видит, как на его глазах осуществляется поэт.
Стихи Анны Гедымин отличаются краткостью. В среднем восемь, двенадцать, реже шестнадцать строк. Но вот стихотворение, состоящее из четырех:

 

Мой дед в саду, не сняв буденовку,
Худющий, но в плечах не мал,
Грызет незрелую антоновку…
Он дедом никогда не стал.

 

Произведений такого трагически-биографического звучания в книге немного. Сюда я бы отнес еще такое, ставшее для меня хрестоматийным, стихотворение:

 

Будто видела — помню об этом дне:
Говорили: "Красные входят в город".
Это предок мой на гнедом коне
Мчал за криком своим, разорвавшим ворот.

 

Здесь в намекающих подробностях читается и судьба деда, который так дедом и не стал. Открывается кровавая, окрашенная личной правдой панорама времени. Там же в конце:

 

Я поповская правнучка — и княжна,
На конюшне прапрадед мой был запорот…
Так — о боже! — что чувствовать я должна,
Если снится мне: красные входят в город?..

 

Понимание этого стихотворения дано на откуп читателям разного мировосприятия. Для кого со знаком радости и гордости, а для кого… Мы настолько заболтали это явление, связанное с трагической судьбой нескольких поколений, что оно вызывает у иных потомков паскудное настроение: "Чур меня, чур меня!.."
А ведь книга в основном, как точно заметила Инна Кабыш, написана в состоянии счастья. Об этом свидетельствует массив лирики, главным образом, любовной. Которая, впрочем, при всей кажущейся радости, никак не воспринимается благополучной, но в то же время вызывает восхищение лирической героиней. Это своеобразный "молотовский коктейль", сжигающий на своем пути танки мерзости, пошлости и ехидного злорадства по поводу…
Так что "Читайте, деревья, стихи Гесиода", то бишь стихи прекрасной русской поэтессы Анны Гедымин, и вы никогда не выпадете из контекста. Кстати, автор этой формулы — писатель Юрий Поляков — как-то сказал: "Я многие стихи просматриваю, а стихи Анны Гедымин — читаю".

 

Валентин РЕЗНИК



Яндекс.Метрика